Это ужасно! Она была так молода! Ушла из жизни находясь на седьмом месяце беременности! Слезы на глазах

В сообщениях из Ингушетии – одновременно две полярные новости. Сначала – печальные известия о смерти медсестры Мадины Евлоевой в районной больнице города Сунжа. А затем – информация о спасении ее новорожденного ребенка. Произошедшее называют по-разному: кто – чудом, а кто – профессионализмом врачей. Ведь младенец мог просто не успеть родиться из-за проблем со здоровьем у матери.

Попала на больничную койку, уже будучи беременной. Причина – как это часто бывает у медработников – осложнения от коронавируса. Заразилась на службе. Как пишут знакомые с ситуаций источники, состояние пациентки ухудшалось с каждым днем. И в какой-то момент было принято решение срочно спасать недоношенного ребенка. Сегодня стало известно, что новорожденный, несмотря на маленький срок, все таки выжил. А мать через некоторое время скончалась.

Сейчас региональные соцсети переполнены благодарностью медсестре. История тронула многих, и это можно понять. Правда, звучат и вопросы. Например, почему беременная рисковала и продолжала работать во время пандемии коронавируса COVID-19.

Светлая, добрая, чуткая. Даже на редких снимках из социальных сетей Мадина всегда неизменно улыбается. С улыбкой она встречала и своих пациентов в Сунженской районной больнице республики. Продолжая работать, не взирая ни на пандемию, ни на то, что скоро она вновь должна была стать мамой.

«Мадина в «красной зоне» не работала. Она работала на приеме с врачами поликлиники. С разными. Но в последнее время, насколько я помню, она работала с врачом-пульмонологом», – рассказывает главный врач ГБУЗ «Сунженская центральная районная больница» Фатима Кокурхаева.

Очень жестокая выходка судьба: работая в «чистой» поликлинической зоне в паре с врачом-пульмонологом, то есть специализирующимся на проблемах органов дыхания, Мадина не только заболела коронавирусом, но и упустила момент, когда дышать сама она уже не смогла.

«Мадина изначально лечилась дома. Она говорила своим коллегам, что, вроде, у нее особо ничего нет, ничего ее не беспокоит. А потом попала в больницу. Жалобы у нее были уже более существенные. Ее беспокоили нехватка воздуха, отдышка и так далее. Через несколько дней после поступления в больницу ее состояние резко ухудшилось, сатурация стала падать, поэтому было решено ее родоразрешить», – комментирует случившееся главный врач ГБУЗ «Сунженская центральная районная больница» Фатима Кокурхаева.

7 месяцев или 28 недель и 4 дня – срок для родов крайне нежелательный, слишком рано, ребенок еще мал и слаб. Но ждать больше было нельзя. С каждым днем Мадине становилось все хуже. Поражение легких оценивалось в 90 процентов. Для проведения операции кесарева сечения, учитывая тяжелейшее состояние пациентки, врачи Сунженский больницы консультировались с московскими коллегами из научного центра Кулакова. Операция прошла успешно, ребенка удалось выходить, а его тест на коронавирус оказался отрицательным.

«Конечно, это требует мастерства и квалификации. Если состояние матери терминальное, есть угроза жизни, естественно, ребенок страдает, так как у них общий кровоток. Счет идет на минуты. Сама операция – от момента разреза до уже появления ребенка на свет – занимает считаные минуты», – объясняет врач гинеколог-хирург Евгений Рыбакин.

Еще 20 суток после рождения малыша на свет врачи продолжали сражаться за жизнь его матери. Увы, победить в этой схватке с болезнью ни врачам, ни Мадине не удалось. Она ушла в минувшее воскресение от осложнений, вызванных коронавирусом. Тронутые этой историей видят в случившимся ответственность руководства больницы – мол, почему беременную сотрудницу в период пандемии не отправили в декрет?

«Во-первых, руководитель организации должен снижать, минимизировать риски, связанные с тем, чтобы люди не подвергались факторам риска на своих рабочих местах. Во-вторых, если права сотрудника как-то ущемляются или его заставляют работать, он всегда может подать жалобу», – отмечает основатель платформы «Мое здоровье», член общественного совета Министерства здравоохранения РФ Эрик Бровко.

По закону в декретный отпуск женщина может уйти с 30 недели беременности. Но со слов главврача, всем сотрудникам больницы, попадающим в группы риска, еще в начале эпидемии было предложено самоизолироваться. В том числе и Мадине, но она отказалась. Между заботой о себе и своих детях (их у женщины осталось четверо) и помощью пациентам она выбрала второе. Осознанно и самоотверженно, как и миллионы других медиков по всему миру.

«Я смотрел статистику Amnesty International – более семи тысяч медицинских работников во всем мире, к сожалению, погибли, оказывая медицинскую помощь и проявляя свой героизм. Я думаю, что наша коллега, так же, как и тысячи наших коллег, безусловно, хотела оказать помощь близким, знакомым, всем пациентам, которые есть. Ведь сегодня наблюдается очень серьезный дефицит медицинских работников и тех, кто мог бы оказывать медицинскую помощь», – говорит депутат Государственной Думы РФ, заслуженный врач Татарстана Айрат Фаррахов.

Прощание с Мадиной прошло сегодня в ее родной республике.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector